У меня никогда не было мысли стать актрисой. Как-то одна знакомая загорелась идеей походить на театральные курсы и за компанию позвала меня. В Центре актёрского мастерства "Антрэ!" группа состояла из восьми человек, из них, после обучения и выпускного спектакля "Конец апреля", отобрали двоих: меня и Диану Кононенко. В последствии Диана поступила в наше нижегородское театральное училище, куда поступала в прошлом году и не прошла, а на это раз набрала самое большее количество баллов. А я, одна из всей группы, попала в волшебную театральную канцелярию "Листопада". Несмотря на то, что здесь есть авторитет в лице режиссёра, каждый актёр имеет очень большое значение. Это действительно семья.

    Учебный спектакль "Конец апреля" "был неким коллажом историй разных авторов и поэтов, объединённых в едином сюжете. Мой монолог "Алло-Алло" по Е.Гришковцу "Извини" был, пожалуй, самым ярким. У Гришковца мужчина по телефону признаётся женщине в любви, мне же надо было перенести мужской монолог в логику женщины, изменить условия: женщина признаётся в любви по телефону. По сюжету девушка звонит избраннику, чтобы признаться в чувствах, каждый раз она наполнена, но в силу своей нерешительности, признание откладывается. Я репетирую, всё замечательно выходит, а на кульминации - стопор. В последней сцене, в которой девушка уже признаётся, причём очень эмоционально, у меня никак не получалось выйти на эти чувства. Фраза "Я тебя люблю" очень сильная, и сказать её не формально, а как в первый и последний раз в жизни, лично мне было очень сложно. Уже все показали, как это может быть: и режиссёр, и актёры, и даже художник по свету, стоя за кулисами, в один голос твердили: "Ну, скажи, ну, скажи!" А я молчала. Сложность была не в том, чтобы признаться, а в том, чтобы переступить внутренний барьер. Репетируя дома, приходилось кричать на всё общежитие университета: "Я тебя люблю!" Бедные мои соседи… В итоге всё получился на показе перед зрителями.

    В детских спектаклях с одной стороны играть проще, с другой - сложнее. Сложнее, потому что приходится сильно выкладываться физически: бегать, прыгать, в секунду делать 10 движений, говорить на бегу. Первое время после репетиций сказок я приходила домой вообще никакая. А легче в том плане, что не нужно примерять на себя человеческую личность. Это же сказки, и, кроме классического актёрского подхода, ещё удаётся немножко покривляться. Играя в театре, постоянно находишься в поиске. У одного спектакля тысячи репетиций, и как-то неудобно на каждой репетиции играть одинаково. Понятно, что нить одна и та же, но её нужно обогащать - поэтому ищешь краски роли, изменения в характере. И это постоянное искательство переносится в жизнь. Случается какая-то ситуация, и смотришь на неё уже шире.

    Конечно, хочется сыграть главную роль. Примерно представляю свою желанную роль… Это была бы светлая, милая, чистая, детская героиня! Вынашивать её было бы неким духовным очищением для меня самой. В действительности, показать самые негативные черты в человеке – нетрудно, гораздо сложнее передать весь свет в человеке. Вот это задача из задач! Чтобы зритель, когда ему становилось плохо, всякий раз вспоминал мою героиню, улыбался, говорил про себя: "Да что же это я скуксился?!", и, приплясывая, шёл в приподнятом настроении. А если подумать, то даже не роль хочется сыграть, а стоящий материал. Ведь актёр – это не тот, кто просто сыграл, и молодец. Это проводник некой фундаментальной идеи. Если актёру есть, что сказать миру, есть от чего предостеречь - это изумительный актёр, на вес золота, как, впрочем, и режиссёр, и драматург. Но только в том случае, если есть, что сказать - это вечный поиск.